Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики icon

Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики



НазваниеОсобенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики
Дата конвертации28.04.2013
Размер255.26 Kb.
ТипДокументы
скачать >>>
1. /доклады на конференцию/Жарова доклад[1].doc
2. /доклады на конференцию/Яцек Дрожджаль уточ.doc
3. /доклады на конференцию/выступление Климова.doc
4. /доклады на конференцию/доклад Борисенко.doc
5. /доклады на конференцию/доклад Вишни.doc
6. /доклады на конференцию/доклад Внуковой.doc
7. /доклады на конференцию/доклад Войнаренко.doc
8. /доклады на конференцию/доклад Говоркова.doc
9. /доклады на конференцию/доклад Дубницкого.doc
10. /доклады на конференцию/доклад Канищенко.doc
11. /доклады на конференцию/доклад Кузнецовой.doc
12. /доклады на конференцию/доклад Лукша.doc
13. /доклады на конференцию/доклад Малый.doc
14. /доклады на конференцию/доклад Микулы.doc
15. /доклады на конференцию/доклад Семёнов.doc
16. /доклады на конференцию/доклад Соколенко.doc
17. /доклады на конференцию/доклад Стаценко.doc
18. /доклады на конференцию/доклад Устич.doc
19. /доклады на конференцию/доклад-Ляшенко.DOC
20. /доклады на конференцию/приветствие Анищук.doc
Міжнародна практика формування кластерів та можливості її адаптації для україни
К ластер как повышение конкурентноспособности предприятий – на примере кластера «зеленая химия» /польша/ Яцек Дрожджал
Климов Александр Алексеевич
Теоретичні основи формування механізмів державного управління інноваційним розвитком промислової галузі
«роль севастопольской тпп в развитии экономики региона и международном сотрудничестве» Вишня Л. И., президент Севастопольской торгово-промышленной палаты
Внукова Н. М., доктор экономических наук, заведующий кафедрой Харьковского национального экономического университета, Коваленко В. Н
М. П. Войнаренко, Хмельницький національний університет кластери як центри економічного зростання регіонів за умов кризи вступ
Поэтапная разработка проекта «создание инновационно-технологического кластера «агробум», Г. Мелитополь
Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики
Інтернаціоналізація процесів економічної кластеризації Анотація
Кузнєцова Н. Г. Київський національний торговельно-економічний університет Механізм формування кластерних об'єднань: етапи обгрунтування Анотація
Роль транскордонного співробітництва в умовах посилення впливу глобальних трансформацій і геополітичних змін
Особливості створення та функціонування кластерів в будівельній галузі
Методологічні підходи ідентифікації транскордонних кластерів
Тезисы выступления) Семенов А. Г. (Ноо «Ассоциация устойчивого развития Севастополя \"Аура\"»)
«Перспективы роста экономики Украины на основе инновационных кластеров» Соколенко С. И
Принципы создания и некоторые результаты работы кластера «эко –энерго»
Кластерний аналіз лісового сектору карпатського регіону україни: досвід розробки та впровадження устич Р.І., координатор сектору економіки швейцарсько-українського проекту розвитку лісового господарства в Закарпатті forza ситуація
Возможности и механизмы формирования трансграничных высокотехнологичных кластеров
Программа Украине>, которая начала реализовываться в этом году, является

УДК 338.31:332.14 Дубницкий В.И.

д-р экон. наук, профессор

проректор по научной работе

Донецкого экономико-

гуманитарного института


Особенности формирования

промышленных кластерных структур

в условиях новой экономики


В работе рассмотрены теоретико-практические аспекты новой экономики и выявлены особенности формирования инновационно-промышленных сетевых структур – промышленных кластеров, с учетом влияния процесса глобализации и регионализации.

В роботі розглянуті теоретико-практичні аспекти нової економіки і виявлені особливості формування інноваційно-промислових мережевих структур – промислових кластерів, з урахуванням впливу процесу глобалізації і регіоналізації.


Возникновение и активное распространение информационных и нанотехнологий привело к повсеместному использованию термина «новая экономика», под которым понимают экономику новых высокотехнологичных отраслей, или, более широко, – такое влияние высоких технологий на экономическое окружение, которое ведет к существенному изменению отдельных мезо- и макроэкономических параметров. Вопрос о том, можно ли говорить о новой экономике не как о гипотезе, а как о реальном экономическом феномене, остается открытым.

Чтобы попытаться ответить на этот вопрос, необходимо определиться с критериями, то есть доказать, что технологические переменные играют решающую роль в экономическом росте. Предпосылками перехода к новой экономике послужили, по мнению И.А. Стрелец, четыре фактора – либерализация рынков, усиление мобильности капитала, глобализация и регионализация рынков, появления цифрового пространства как единой коммуникационной сети [1, с. 16].

В первую очередь предлагается проанализировать: изменение самой модели рынка и хозяйственного комплекса региона под влиянием информационных технологий, формирования сетевых структур (например, кластеров, технопарков); осуществление хозяйственной деятельности связанно-диверсифицированных систем, а затем перейти к рассмотрению аргументов, которые выдвигаются различными экономистами в теории и практике промышленных кластерных структур в качестве подтверждения или опровержения существования новой экономики.

Модификация рыночной модели в условиях новой экономики.

В своей знаменитой работе «Новые правила для новой экономики» американский ученый К. Келли изложил основные черты новой экономии, которые по его мнению, наиболее очевидны в меняющемся мире:

  • рост ценности связей между экономическими субъектами;

  • увеличение гибкости трансакций;

  • сходство сетевой экономики с биологической системой, живущей по иным по сравнению с технологической системой законам, когда наибольшую полезность приобретают не дефицитные, а повсеместно распространенные блага, предельная полезность участия в потреблении таких благ может нарастать с увеличением числа потребителей; в результате активизируется конкуренция между производителями;

  • рыночный механизм становится более совершенным [2, с. 84].

Феномен новой экономики связан, с одной стороны, со стиранием границ и барьеров для вступления в отрасль чисто технического характера, а с другой стороны, с появлением таких крупных сетевых монополий, как Microsoft, что также порождает массу принципиально новых особенностей мезо- и макроэкономического характера. Отсюда вопрос: к какой же все-таки модели рынка приводят новые технологии и новые инвестиционно-инновационные сетевые структуры, а конкретно – происходит ли усиление конкурентных или монопольных тенденций и насколько значимо это усиление, каким бы оно ни было, для всей модели функционирования современного рынка?

Традиционная экономическая теория исходит из действия закона убывающей доходности, на основе которого объясняются и исследуются многие понятия и процессы в экономической науке. Но многие информационные продукты и формирующие сетевые системы (кластеры, технопарки, бизнес-инкубаторы) не подчиняются этому закону, или, во всяком случае, демонстрируют возрастающую доходность в долгосрочной перспективе. Например, информация отличается высокими постоянными затратами и низкими переменными, иначе говоря, достаточно дорого создать первоначальный продукт, но относительно дешево его воспроизводить в возрастающем объеме. Соответственно, отрасли занятые производством информационного продукта, получают огромные возможности для эксплуатации эффекта масштаба.

Феномен растущей доходности, как известно анализировался экономистами ранее. Английский экономист А. Маршалл исследовал его еще в 1890 г. В отраслях, где возникал эффект экономии на масштабе производства – железные дороги, газовая промышленность, электроэнергия [3, с. 41-44]. Кроме того, в случае информационных продуктов эффект масштаба проявляется не только в традиционном виде (со стороны предложения), но и со стороны спроса. Возникают так называемые сетевые внешние эффекты: полезность нарастает по мере роста числа участников.

С другой стороны, монопольные тенденции, в рамках осуществления деятельности ФПГ, холдингов, корпораций, проявляются иначе, чем это было в условиях традиционной экономики. Обычно считается, что монополия или связанно-диверсифицированная структура (конгломерат) завышает цену и занижает объем производства по сравнению с их конкурентным уровнем. Но при монополии на рынке нанотехнологий и информационных товаров складывается иная ситуация: увеличивается объем производства и снижаются цены. Более того, происходит беспрецедентное снижение цен на товары и услуги, связанные с современными технологиями. С одной стороны, данный рынок неизбежно монополизируется, в рамках инновационных технологий, но, с другой стороны «инновационные» монополии, т.е. собственники нанотехнологий, в большей степени ведут себя как совершенные конкуренты. И. Шумпетер, как известно, в начале ХХ века, выдвинул теорию «созидательного разрушения», в соответствии с которой монополия может не тормозить, а ускорять технический прогресс и экономический рост и, стремясь окупить издержки, стимулирует внедрение инноваций [4, с. 77-78]. В тоже время американский экономист П. Ромер, напротив считает, что монополии в условиях высокотехнологичных технологий, например, информационных технологий, играют отрицательную роль: им выгодно препятствовать инновационному процессу для сохранения своего монопольного положения [5, с. 91].

В принципе дискуссии сводятся к тому, насколько ведущие фирмы в сфере инновационных технологий злоупотребляют своей властью в ущерб эффективности, а, следовательно, препятствуют нормальной рыночной конкуренции. Нам представляется, что в условиях распространения информационных и нанотехнологий происходит снижение входных барьеров: потребители получают возможность сравнивать цены, например, он-лайновая торговля экономит трансакционные издержки, и все это ведет к конкуренции. Одновременно на рынке высокотехнологичных технологий происходят изменения временного характера: срок жизни нового продукта укорачивается, поскольку информация и знания о нем распространяются быстро и повсеместно. Кроме того, появляются инновационные товары, насыщенные знанием в большей степени, чем требуется функционально. У товаров появляется интеллектуальный имидж, что служит отрицательной особенностью экономических благ в условиях новой экономики.

В условиях новой экономики меняется природа собственности. Целостность понятия «собственность» перестает быть необходимым условием свободного рынка. Меняется сама фирма, прежде всего в контексте организационного механизма, действующая на рынке высоких технологий. Как отмечает И.А. Стре-лец, интеллектуальная фирма может на сегодняшний день вообще не располагать фондами в их традиционном понимании, поскольку материальные активы начинают вытесняться интеллектуальными, а текущие активы – информацией. При оценке фирмы все чаще отходят от ее материальных активов. Приобретая акции, инвестор покупает не фонды в традиционном понимании. Интеллектуальная фирма не нуждается в больших активах, стоимость ее основных фондов снижается [1, с. 17].

Известно, что информационные технологии способствуют росту производительности в самом секторе соответствующих товаров, но вопрос о влиянии их на остальные секторы экономики остается открытым. Современная информационная революция оказывает косвенное воздействие на традиционные отрасли, оно больше распространяется на управление и маркетинговую деятельность, но не приводит к созданию новых товаров или производственных процессов. Фактически, складывается ситуация, когда «новая экономика» и «старая экономика», то есть информационный и традиционный секторы, развиваются независимо друг от друга.

В международном аспекте информационные технологии, в контексте сетевых благ, создают гораздо большие возможности для общения между удаленными друг от друга субъектами. Речь идет, в рамках «новой экономики», о нарушении известной гравитационной модели. В соответствии с данной моделью, впервые использованной В. Бекерманом для экономического анализа европейской торговли, чем больше расстояние между странами, тем меньше они торгуют друг с другом, независимо от вида продукта и его инновационности, что выражается уравнением

,

где - валовые внутренние продукты двух рассматриваемых стран,

- расстояние между ними,

и - коэффициенты реагирования, определяемые параметрами конкретной макроэкономической среды (в условиях приграничного сотрудничества между регионами – мезоэкономической среды).

Однако на сегодняшний день мы говорим о совершенно новых возможностях, значительно упрощающих коммуникации между дистанцированными друг от друга территориями. Происходит, во-первых, более тесное общение, в том числе: торговое, трансферта инновационных технологий и организационных сетевых форм, между удаленными друг о друга странами и регионами, а во-вторых образуются интеллектуальные и инновационные кластеры. Местами их формирования становятся отдельные регионы (территории), концентрирующие интеллектуальные и инновационные отрасли и развивающие связи с другими производителями и клиентами. Расстояние перестает быть сильным препятствием для общения и трансферта знаний, как это был раньше. Е. Лимер и М. Сторпер проводят различие между стандартным продуктом и специализированным (инновационным) с точки зрения издержек, связанных с его передачей и распространением (табл. 1) [6, с. 647].

Таблица 1

Форма существования, издержки передачи и

распространения продукта (по Е. Лимеру и М. Сторперу)

Вид продукта

Стандартный

Специализированный (инновационный)

Форма существования продукта

Видимая

Невидимая

Уровень промежуточных трансакций

Низкий (высокомасштабные отрасли)

Высокий (низкомасштабные отрасли)

Уровень интеграции сети снабжения

Низкий

Высокий

Расположение производства / дистрибьюторской сети по отношению к рынкам сбыта

Удаленное

Неопределенное


Анализируя информацию в таблице 1, необходимо отметить, что новые продукты изначально размещаются в правой части таблицы, но по мере их распространения перемещаются в левую. Если продукт стандартизирован, то информация о его характеристиках кодифицирована и представлена отдельно от продукта в различных формах, включая цифровую, что делает сам вопрос о географической удаленности производителя и потребителя друг от друга не столь значимыми. Иными словами, новые коммуникационные возможности могут сильно повлиять на процесс производства и обмена и модифицировать мировое макроэкономическое пространство (мезоэкономическое пространство в ситуации транснационального регионализма) – образующиеся интеллектуально-инновационные кластеры благодаря гибкой логистике обладают большими возможностями для общения друг с другом. Пространство общения (сетевого взаимодействия по Х. Хоканссону) таких кластеров характеризуется явной полицентричностью.

Рассмотрим, используя информацию, содержащуюся в табл. 2, различия статистики производительности труда по отраслям в 1989-1995 гг., 1995-1999 гг., и в 1999-2005 гг. Совершенно очевидно, что период 1995-1999гг. характеризуется повышенным ростом производительности труда в торговле и сфере услуг, а не только в отраслях, производящих товары, что расходится с заключениями Р.Гор-

Таблица 2

Производительность труда по отраслям, %

Отрасли

1989-1995

1995-1999

разница (2-3)

1999-2005

разница (5-3)

1

2

3

4

5

6

Сельское хозяйство

0,34

1,18

0,84

1,21

0,03

Горнодобывающая промышленность

4,56

4,06

-0,50

3,83

-0,23

Строительство

-0,10

-0,89

-0,79

-1,06

-0,17

Обрабатывающая промышленность

3,18

4,34

1,16

5,11

0,77

- товары длительного пользования

4,34

6,84

2,50

7,02

0,18

- товары повседневного спроса

1,65

1,07

-0,59

0,98

-0,09

Транспорт

2,48

1,72

-0,76

1,61

-0,11

- грузовые перевозки и хранение

2,09

-0,73

-2,82

-0,63

-0,1

- воздушные перевозки

4,52

4,53

0,01

5,01

0,48

- транспортировка прочими видами транспорта

1,51

2,14

0,63

2,21

0,07

- связь

5,07

2,66

-2,41

3,01

0,35

Коммунально-бытовое обслуживание

2,51

2,42

-0,09

2,11

-0,31

Оптовая торговля

2,84

7,84

4,99

7,91

0,07

Розничная торговля

0,68

4,93

4,25

5,03

0,1

Страхование

1,70

2,67

0,97

2,84

0,17

Услуги

-1,12

-0,19

0,93

0,81

0,62

Бытовые услуги

-1,47

1,09

2,55

1,83

0,74

- услуги в сфере торговли

-0,16

1,69

1,85

1,81

0,12

- здравоохранение

-2,31

-1,06

1,26

-0,08

0,98

- прочие виды услуг

-0,72

-0,71

0,01

-0,68

0,03

Отрасли, интенсивно использующие информационные технологии

2,43

4,18

1,75

6,48

2,3

Отрасли, менее интенсивно использующие информационные технологии

-0,10

1,05

1,15

1,19

0,14

Источники: Council of Economic Advisers. Economic Report of the President. – Wash. D.C. – U.S. Government Printing Office. Janual, 2001. – P. 23-68; Information technology and World Economy // Scandinavian Journal of Economics. – 2005. – Vol. 107. – Issue 4. – P. 631-650.

дона и свидетельствуют в пользу «эффекта перелива». Наукоемкие технологии, в том числе информационные и нанотехнологии подтолкнули рост производительности в других отраслях. Как мы видим, рост производительности труда в отраслях, интенсивно использующих информационные технологии (например, банковская сфера, логистические услуги) и нанотехнологии (например, микроэлектроника, биотехнологии), оказался гораздо выше. Анализ данных табл. 2 за период 1999-2005 гг. показывает, что основные тенденции по росту производительности труда сохранились, но темпы достаточно резко снизились, кроме отраслей, которые интенсивно используют информационные услуги, т.е. данные подчеркивают позитивное воздействие инновационных технологий на формирование интеллектуально-инновационных кластеров и экономики в целом. Более того, результаты воздействия технологических изменений становятся очевидными с учетом временного блага. П.Дэвид показал, что воздействие электроэнергетики на производительность других отраслей проявилась лишь через 40 лет после использования электроэнергии [9, с. 54-55].

При этом необходимо учитывать, что сложно правильно оценить результат от внедрения наукоемких и инновационных технологий. В современных условиях растет доля промежуточного потребления в сфере финансовых, консультационных, рекламных и т.п. услуг, в оптовой торговли, страховании, но при этом современная практика статистики этого не учитывает, поскольку результат оценивается по конечному продукту, как это принято в системе национальных счетов. Конечный же продукт не включает промежуточное потребление.

Исследования В. Нордхауса показывает, что со второй половины 90-х годов ХХ века и начала ХХІ века растут показатели производительности в экономике в целом, то есть наблюдаются как «прямой эффект» от внедрения новых инновационных технологий, так и «эффект перелива», что говорит о пользе новой экономики. При этом, В. Нордхаус разрабатывает новую технологию методологии выделения доли различных факторов роста производительности труда, при этом предполагая учитывать эффект Денисона (Denison effect) – влияние перераспределения трудовых ресурсов между отраслями с различными уровнями производительности в расчете на одного работника, а также эффект Баумоля (Baumol effect) – разница между эффектом переменной производительности (Variable productivity effect) и эффектом чистой производительности, где эффект переменной производительности использует веса настоящего периода. Все три эффекта в сумме, по В. Нордхаусу, составляют общий рост производительности в рамках внедрения и использования инновационных технологий. Данные по составным элементам роста производительности в условиях новой экономики представлены в таблице 3.

Данные табл. 3 показывают, что в конце 90-х годов наблюдались высокие темпы роста производительности, причем даже выше, чем в предшествующем рецессии периоде 1978-1989 гг. Более того, как указывает И.А. Стрелец [1, с. 21], общий показатель оказался сниженным из-за отрицательно действовавших эффектов Баумоля и Денисона на протяжении всего времени после 1989 года, так как рост производительности был выше в отраслях, чья доля в общем выпуске продукции снижалась.

Таблица 3

Составные элементы роста производительности, %




1978-1989

1990-1995

1996-1998

изменение по отношению к предыдущему периоду

(1)

(2)

(3)

(2)-(1)

(3)-(1)

ВВП

1,25

1,12

1,66

-0,13

0,41

НД (национальный доход)

1,15

0,95

2,32

-0,21

1,17

Эффект чистой производительности

0,99

1,29

2,58

0,34

1,37

Эффект Баумоля

0,04

-0,15

-0,22

-0,19

-0,26

Эффект Денисона

0,156

-0,20

-0,05

-0,36

-0,21

Источник: Nordhaus W. Productivity Growth and the Economy. National Bureau of Economic Research. – Wash., 2001. – P. 32.

Среди секторов новой экономики особый вклад в рост производительности и повышения конкурентоспособности продукции и фирм-производителей, внесли технологии электронно-оптикоэлектронного воспроизводства, в том числе инициировавшие разработку электронного, микро- и нанооборудования (например, электронная микроскопия, производство полупроводников). Уже сегодня вклад инновационных технологий (информационных, нано- и нейротехнологии) в экономический рост оценивается гораздо выше, чем аналогичный вклад электроэнергетики и железных дорог в прошлом.

В любом случае, принимаем ли мы идею новой экономики как гипотезу или как концепцию, следует отметить, что она не отменяет экономических законов. Не исчезает присущая экономике цикличность, это доказывают события последних лет. Экономический рост по-прежнему сопровождается инфляцией, а правительства традиционно принимают меры в области антимонопольной практики. Скорее всего ошибаются и «фанатики» новой экономики полагающие, что результаты внедрения нано- и нейротехнологий и информационных технологий – Интернета превысят выгоды предыдущих технологических революций. Выгоды от внедрения инновационных технологий будут по всей вероятности, сопоставимы с полученными от предыдущих технологических революций, но пока выгоды инновационных компаний (интеллектуально-инновационных кластеров, технопарков) от участия в сетевом рынке оказались ниже предполагаемых. Сетевая экономика пока не продемонстрировала таких долгосрочных стратегий, которые имеет «старая экономика», и во многом продвигается на ощупь (например, инновационных кластеров, особенно в промышленном секторе экономики, на много меньше, чем предпринимательских кластерных структур, функционирующих в сферах услуг и бытовых услуг).

Анонимность, свойственная сетевой экономике (например, виртуальные банки, виртуальные СМИ), не позволяет осуществлять эффективный контроль за ее функционированием. Тем не менее инвестиции в интерактивные технологии и инфраструктуру растут, и, не смотря на определенные проблемы, можно сказать, что в глобальном отношении мир уже встал на путь, предлагаемый новой экономикой, причем вопреки расхожему мнению это – явление глобального характера, а не чисто американское. Новая экономика в каком-то смысле приближает рынок к модели совершенной конкуренции, снижая степень асимметричности информации и стоимости трансакций, но при этом не отменяет регулирующей роли государства.

Общественная выгода от инвестиций в инновационные исследования, осуществляемых в рамках интеллектуально-инновационных кластерных структурах, более чем вдвое превышает частную, поскольку положительными экстернами от их внедрения распространяются и на другие фирмы, т.е. действует инструментарий маркетинга расширенного воспроизводства (концепция Х. Хоканссона). Поэтому, применительно к Украине, не вызывает сомнения тот факт, что государство должно участвовать в процессе инвестирования в новые инновационные и энергосберегающие разработки, особенно в базовых и передовых отраслях. Кроме того, не надо забывать о важности роли государства в защите права интеллектуальной собственности и выработке правового режима регулирования рынка наукоемких и инновационных технологий. Инновационные технологии в сочетании с глобализационными тенденциями, вполне вероятно, дадут больший экономический эффект, нежели предыдущие технологические революции.

Вышеизложенное, позволяет понять задачи «новой экономики» в контексте формирования эффективных инновационных сетевых структур на новой платформе. Известно, что в методологическом плане сетевому анализу (согласно исследованиям Л. Фримана, Д. Ноука, П. Марсдела, С. Вассермана, Б. Веллмана, С. Соколенко, Г. Семенова и др.) присущи следующие базовые черты:

  • участники сети (акторы) рассматриваются как взаимозависимые единицы, а связи между ними – как каналы передачи материального и нематериального ресурсов;

  • сетевые модели (например, интеллектуально-инновационные кластеры и просто логистически-экономические) определяются как продолжительные, систематические отношение между акторами;

  • в сетевых моделях внимание фокусируется на индивидуальных действиях акторов.

Методологический потенциал сетевых исследований чрезвычайно велик, так как они, в рамках «новой экономики», дают возможность более четко структурировать взаимоотношения, а также позволяют оперировать данными как на микро-, мезо-, так и на микроуровне (например, в условиях транснационального регионализма). Этот подход универсален и весьма плодотворен для междисциплинарных научных программ (в рамках инновационных кластеров и технопарков), отвечающих конвенциональной логике современного общества. Сеть как система децентрализованного управления приобретает все более важную роль, что проявляются через реализуемые ее функциональные задачи.

Интеллектуально-инновационные сетевые структуры-кластеры, являются на настоящий момент базовой формой инфраструктуры, прежде всего в условиях регионализации и приграничного сотрудничества (например, в рамках Еврорегиона), и являются необходимой предпосылкой для осуществления преобразования национальной и региональной систем в инновационную и далее технотронную экономики. Вполне возможно рассматривать инновационные сети-кластеры как институты, содействующие развитию.

В рамках «новой экономики» все более широкое распространение получает понятие сетевой экономики, особенно применительно к мезо- и микроуровням, то есть экономики, связанной с производством и распределением сетевых благ. К ним, отечественные и зарубежные специалисты, среди них А. Асаул, Г. Белоус, В. Боряненко, М. Войнаренко, В. Геец, В. Дубницкий, В. Коседовски, Г. Малган, А. Норман, В. Прайс, Г. Семенов, Р.Силин, С. Соколенко, П. Старк и др. относят блага, которым одновременно присущи следующие свойства, в контексте кластерных структур:

  • комплементарность, совместимость и стандартность;

  • существенная экономия на масштабе производства;

  • сетевые внешние эффекты;

  • эффекты ловушки.

Кластерные сети увеличивают ценность соответствующих благ по экспоненте (небольшие вложения участников сети усиливают друг друга, вследствие чего добавленная стоимость в бизнес – проектах нарастает с возрастающей скоростью). В случае же традиционных несетевых благ эффект экономии на масштабе проявляется постепенно и линейно (небольшие капиталовложения обеспечивают скромные прибыли, а для получения больших прибылей необходимы значительные инвестиции). В условиях новой экономики даже отдельно взятые небольшие компании (в рамках инновационного кластера) при использовании современных технологий могут добиваться существенного и длительного сокращения средних издержек, то есть достигать эффекта экономии на масштабе.

С возникновением сетевых внешних эффектов для участников кластера происходит наращивание ценности самой сети и возможности расширенного взаимодействия, причем процесс этот идет нелинейно. Однако сетевые внешние эффекты и нелинейный рост ценности в условиях промышленного кластера наблюдается не сразу, а лишь после того, как к сети подключилось определенное количество участников, и она достигла своей критической массы. Накопление критической массы, то есть такого количества участников сети, после которого присоединение к ней становится выгодным, существенно для дальнейшего распространения сетевых внешних эффектов. Отсюда вывод – необходимо создать критическую массу или хотя бы имитировать ее создание, чтобы заставить работать эффект присоединения. Самые сложные вопросы здесь для участников промышленного кластера: какую массу считать критической и как спрогнозировать момент ее достижения.

В то же время, при функционировании кластерных сетевых структур действуют так называемые эффекты ловушки (lock-in effects). Они связаны, применительно к инновационно-промышленным кластерам, с формированием определенных стереотипов взаимодействия и взаимоотношений (по концепциям Х. Хоканссона и Г. Гренроса), затрудняющих реальное взаимодействие, доверие и веру в конечный результат. Можно выделить основные причины возникновения, применительно к кластерным сетевым структурам, эффектов ловушки в рамках новой экономики:

  • существующие контракты и соглашения; отраслевая зависимость (потенциальные участники кластера часто оказываются связанными условиями заключенных ими контрактов, поскольку их расторжение требует неких дополнительных затрат или санкций со стороны руководства отрасли, ведомства);

  • обучение (иногда потребителю бывает сложно переучиваться для работы с другим сетевым благом, то есть отсутствует возможность создать конкурентные знания для участников кластера, по аналогии с моделью М. Портера «Даймонд»);

  • издержка и потери лояльности, комплементарности и совместимости (приобретаемое благо от взаимодействия участников кластерной структуры может быть использовано только вместе с другими видами благ, в отдельных случаях, это обычно предполагает их технико-технологическую совместимость, то есть следствие единому стандарту);

  • трудности конверсии информации (имеющееся программное обеспечение генерирует файлы, которые сохраняются в определенном формате, а переход на новые программы потребует переформатирования).

Одной из проблем формирования и функционирования кластерных сетевых структур, в частности промышленных кластеров, является проблема ценообразования в формате «полного» финансирования. Современные технологии, на базе которых формируются сетевые рынки и их организованные структуры существенно модифицируют тип рыночных отношений. Вопрос, в том числе применительно к промышленным кластерам, в каком направлении происходят изменения. На рынке сетевых благ важно не только, сколько патентов имеет тот или иной участник интеллектуально-инновационного кластера, а то кто быстрее сумеет в условиях кластера применить инновацию на практике. Логично возникает вопрос: если вообще смысл, в рамках кластера, бороться за защиту права интеллектуальной собственности – во всяком случае, так, как это делалось раньше? Степень необходимой защиты своего продукта инновационный кластер может определить, зная следующие показатели:

  • скорость распространения сетевых внешних эффектов;

  • степень монополизации отрасли;

  • соотношение между законопослушными и прочими потребителями продукта инновационного кластера, то есть потенциальную возможность платит за инновацию;

  • наличие эффекта перелива (spillover effects), то есть прямое взаимодействие на развитие других отраслей, прежде всего через процесс обучения и содействие развитию комплементарных товаров и услуг.

Еще одна важная особенность функционирования промышленных сетей в виде кластеров – оценка эффективности сетевых структур. Здесь обычно пытаются применить стандартный подход, то есть посмотреть, как влияют сети на применение показателей производительности капитала, труда и общей производительности факторов производства. Однако, оценки различных зарубежных исследователей, среди них Н. Хагена, М. Малиранты, Р. Роувенена, даже применяющих сходные методологические подходы, сильно разняться [10; 11].

Переход украинской экономики от экспортно-сырьевого к инновационному типу развития, особенно в сфере промышленного производства, для которого характерна ведущая роль «отраслей знаний» и высокотехнологичных отраслей промышленности, возможен при условии эффективности и диверсификации новой экономики, повышения инновационной активности корпораций, бизнеса и органов регионального управления, в том числе на основе создания инновационно-производственных сетевых структур в сфере бизнеса, например в виде интеллектуально-инновационных кластеров, присущих инновационной и далее технотронной экономикам. Необходимо согласиться с мнением профессора А.Н. Асаула, который считает, что кластер представляет собой способ самоорганизации сообщества для выживания в условиях бескомпромиссной международной конкуренции, когда снижается значение национальных границ как неких экономических регуляторов [12, c. 60].

Выводы:

1. При всей своей неоднозначности процесс «кластерной сетевизации» экономических промышленных структур в целом носит, в условиях новой экономики, неизбежный и глобальный характер, что обусловлено развитием наукоемких технологий и повышением конкурентоспособности территории предприятий, с одной стороны, и привлекательностью сетевых структур с экономической точки зрения, в том числе эффекта масштаба и производительности труда – с другой. Это придает особую актуальность поиску новых подходов к государственному регулированию сетевых инновационных рынков, как на национальном, региональном, межрегиональном и приграничном уровнях.

2. Мировое экономическое пространство в рамках новой экономики покрывается все более плотной сетью двухсторонних и многосторонних торгово-экономических союзов. Это значит, в эпоху инновационного общества, на общем фоне постепенно либерализирующейся под эгидой ВТО международной торговли появляется все больше региональных анклавов рыночного пространства, еще более свободного от протекционистских барьеров, и потому особенно благоприятных для интегрирования национальных и региональных экономик, в контексте транснационального регионализма. В связи с этим, можно ожидать развитие двух взаимодополняющих тенденций.

  • С одной стороны, «клубки вермишели» (по определению Рольфа Лянгхамера) будут постепенно трансформироваться в hub and spokes кластеры;

  • С другой стороны, сами эти кластеры в виде интеллектуально-инновационных промышленных кластеров и целые геоэкономические инновационные «галактики» в сфере глобальных технологий (нано-, нейротехнологии), во избежание конфронтации должны искать пути взаимодействия, в рамках концепции расширенного взаимодействия Х. Хоккансо-на, друг с другом.

3. По мере растекания по всему миру четвертого, а потом и пятого технологических укладов как на глобальном, так и в пределах макро-, мезо- и микрорегионов взаимозависимость национальных и региональных (в рамках приграничного сотрудничества) экономик будет нарастать, превращая их постепенно в мегаинтеграционный «омлет», в котором государственные границы станут едва различимы, если вообще сохранятся. При этом, необходимо учитывать, что глобализация и регионализация ограничивает действенность командно-иерархического типа управления и усиливает значение сетевых структур, особенно интеллектуально-инновационных промышленных кластеров, основанных на территориальных связях, создающих синергетический эффект и обеспечивающих креативность, гибкость управления в инновационном развитии и конкурентоспособности территории.

4. С учетом особенностей новой экономики необходимо учитывать принципиальные аспекты формирования инновационных промышленных сетевых структур, а именно:

  • проведения анализа конкурентоспособности продукции, выпускаемой предприятиями территории, и на этой основе определяющих точки экономического роста, которые могли бы стать основой для создания кластеров;

  • практикования обязательного проведения социальной экспертизы по результатам мониторинга процессов создания инновационно-промышленных кластеров;

  • способствовать консолидации участников кластерных инициатив, реализации программ содействия выходу предприятий кластера на межрегиональные, приграничные и внешние рынки, в том числе в условиях Еврорегионов;

  • формирование инновационно-промышленных сетевых структур на мезо- и микроуровнях должно ориентироваться: на ключевые технологии, в том числе в сфере энергосбережения; эффективность использования природных ресурсов; рынки рабочей силы с определенными профессиональными навыками, базирующихся на «экономику знаний».


Литература:

    1. Стрелец И. Новая экономика: гипотеза или реальность / И. Стрелец // МЭ и МО. – 2008. – №3. – С. 16-23.

    2. Kelly K. New Rules for the New Economy. Ten radical strategies for a Connected World. – N.Y.: Macmillan Press, 1998. – P. 62-127.

    3. Marshall A. Industry & Trade; a Study of Industrial Technique and business Organization and of their Influences on the Conditions of various classes and Nations. – N.Y.: Economics Press of Morgan, 1970. – 486 p.

    4. Shumpeter J. Bonsays on Economic Topics. – N.Y.: N.Y. university, 1969. – P. 52-91.

    5. Romer P. Endogenous Technological Change // Journal of Financial Economy. – 1990. – Vol. №5. – P. 71-102.

    6. Leamer E., Storper M. The Economic Geography of Internet Age // Journal of International Business Studies. – 2001. – Vol. 4. – P. 641-655.

    7. Gordon R. What Caused the Decline in US Business Cycle Volatility? / NBER Working Papers, 2005. – P. 38-91.

    8. Gordon R. Does the “New Economy” Measure up to the Great Inventions of the Past? // Journal of Economic Perspectives. – 2000. – Vol. 14. – P. 49-74.

    9. David P. Productivity Growth Prospects and New Economy in Historical Perspective // Economic History. – 2005. – Vol. 8. – P. 48-61.

    10. Hagen H. Does ICT use Matter for Firm Productivity? Yearbook on Productivity. – Statistics Sweden, 2005. – P. 11-18.

    11. Maliranta M., P. Rouvinen Information Mobility and Productivity: Finnish Evidence // Economics of Innovation and New Technology. – 2006. – Vol. 15. – Р. 8-27.

    12. Асаул А. «Кластер – это способ самоорганизации сообщества для выживания в условиях бескомпромиссной международной конкуренции…» / А. Асаул // Економіст. – 2008. – №10. – С. 60-61.



Похожие:

Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconПравовые особенности формирования дел по взысканию задолженности по регресным требованиям. Анализ основных недостатков формирования дел

Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconСеминар на тему: «Минимизация бизнес-рисков компаний и предприятий в условиях нестабильной экономики»
Запорожская торгово-промышленная палата совместно с консалтинговой компанией «Сидкон» проводят 29 сентября 2009 г уникальный семинар...
Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconКафедра национальной и региональной экономики Саратовского государственного социально-экономического университета проводит 26 ноября 2012 года VII заочную Международную
Актуальные проблемы и перспективы развития национальной экономики в условиях модернизации
Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconТимашова л. А., Тур л. П., Лещенко в. А., Музалева в. А
В работе рассматриваются задачи построения решений по управлению логистическими процессами промышленных предприятий на этапе формирования...
Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconРеклама в условиях рыночной экономики

Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconМоделирование промышленной динамики в условиях переходной экономики

Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconО утверждении новой редакции Методических рекомендаций из формирования себестоимости строительно-монтажных работ
Закону Украины "О бухгалтерском учете и финансовой отчетности в Украине", с целью учета изменений к положениям (стандартов) бухгалтерского...
Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconРоль и сущность финансового менеджмента в условиях рыночной экономики

Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconПрограмма в условиях кризиса
Капитал компании: сущность, источники формирования. Средневзвешенная стоимость капитала (wacc)
Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconСтандартизация и качество продукции Бабич М. В., Меркулова И. Г., Логвинова О. В. Гп «сепроцем»
В условиях рыночной экономики вопросы качества продукции играют доминирующую роль
Особенности формирования промышленных кластерных структур в условиях новой экономики iconУровень тенизации экономики Украины достиг почти 40 валового внутреннего продукта
Уровень тенизации экономики Украины достиг почти 40 валового внутреннего продукта. Об этом говорится в сообщении Счетной палаты,...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©gua.convdocs.org 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов